В первые дни после занятия Смоленска французами в августе 1812 года кончилось перевязочное полотно. Хирург Ларрей использовал бумагу из городского архива, здание которого уже стало госпиталем.
Пергамент пошёл на шины и поддерживающие повязки. Бумагой также укрывали пациентов. Врачам приходилось заменять самые обычные материалы тем, что удалось найти рядом.
Врачи продолжали работать днём и ночью. Найти новое полотно было трудно: большинство жителей ушло, многие дома сгорели.
Госпиталю понадобились и комнаты архива, и листы, которые в них хранились.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Вечером 20 августа 1914 года Притвиц решил увести германскую 8-ю армию за Вислу. После боя у Гумбиннена пришло донесение: с юга наступает армия Самсонова.
Штабные офицеры проверили расстояния циркулем. По воспоминаниям Макса Гофмана, измерения показали: русскому левому флангу до реки ближе. Отход мог привести прямо к противнику.
Притвиц согласился изменить план: оторваться от Ренненкампфа, затем ударить по Самсонову. Первые распоряжения отдал сам.
Но верховное командование уже услышало по телефону о намерении уйти за Вислу. Притвица сменили. Штаб узнал об этом 22 августа из телеграммы о поезде, в котором ехали его преемники.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Утром 19 августа 1914 года капрал Эгон Эрвин Киш искал сухую рубаху среди ранцев у госпиталя. Ночью, спускаясь с Цера с ранеными, он отдал шинель замерзавшему товарищу.
Теперь отступали целые части. Санитарных повозок не хватало. Врачи оставались с ранеными, которых нельзя было перевезти. Между орудиями и повозками пробиралась пехота.
К вечеру у Лешницы сорок–пятьдесят человек из роты Киша снова собрались под командой унтер-офицера. Они прикрывали уходившие колонны до ночи.
На следующий день Киш ехал на орудии с двумя знакомыми капралами. Когда дорога вставала, доставал блокнот. Записывал пережитое накануне.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
19 августа 1941 года в 17:30 Ставка ответила Жукову: он прав, немецкое продвижение к Чернигову и Конотопу угрожает обходом киевской группировки.
В ответе сообщалось, что для противодействия уже создан Брянский фронт Ерёменко. Через полчаса другая директива поставила Юго-Западному фронту задачи: обороняться за Днепром, удерживать Киев и выделить не менее восьми стрелковых дивизий в резерв.
Предупреждение услышали, но остановить обход не удалось. В сентябре армии оказались в окружении.17 сентября Ставка разрешила оставить Киев.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Вечером 18 августа 1941 года Тюленев находился в Запорожье и почувствовал, как от взрыва Днепрогэса качнулась земля.
Плотину разрушили, чтобы противник не получил готовый переход. Но ниже по реке ещё переправлялись советские армии. Поднявшаяся вода осложнила их отход.
Понтонов не хватало. Использовали буксиры, баржи, пароходы и плавучие пристани. Одна кавалерийская дивизия перевозила лошадей на баржах; другая переправляла их вплавь.
По воспоминаниям Тюленева, к утру 22 августа основная часть войск оказалась на восточном берегу. Речники продолжали рейсы после взрыва, несмотря на подъём воды.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Под Смоленском 17 августа 1812 года ротный врач Штойбле переходил ручей. Выстрелом ему оторвало руку. Солдат Якоб Вальтер, оставивший этот рассказ, пишет, что врач впоследствии умер.
Вюртембергские части, в которых служил Вальтер, участвовали в штурме города. Бой продолжался много часов; к ночи Смоленск горел. Медики помогали раненым на поле и перевозили их в здания, приспособленные под госпитали.
Куда попал Штойбле после ранения, Вальтер не рассказал. Сразу за записью о враче он объяснил: следить за товарищами уже не мог и не знал, как погибали или терялись остальные. Имя врача и ручей, на котором его настиг выстрел, он запомнил.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Сорок вёрст без привала — такой переход, по рапорту Багратиона, совершил корпус Раевского перед боем за Смоленск. На рассвете 16 августа 1812 года он соединился с отрядом Неверовского в шести вёрстах от города.
Неверовский отступал после поражения у Красного. Главные русские силы ещё были в пути, а французские передовые части уже вступали в бой. Раевскому предстояло удержаться до помощи.
К десяти часам прибыл Багратион и усилил защитников гренадерской дивизией. Французские корпуса тоже подходили один за другим.
Вечером к Смоленску подошла 1-я русская армия. Корпус, добравшийся без привала, дождался подкреплений.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Светлый жемчужный сюртук и зелёный мундир под ним — таким польский офицер Роман Выбрановский запомнил Наполеона у Смоленска. Встречу он относил к 15 августа 1812 года, дню рождения императора.
Корпус прошёл перед Наполеоном и получил место для лагеря. Вдали виднелись городские стены и церковные башни, доносилась стрельба. Солдатам раздали еду и приказали проверить оружие и патроны: к утру нужно было приготовиться к атаке.
В поздних воспоминаниях Выбрановского сохранился его тогдашний восторг. После смотра он чувствовал себя непобедимым. Вечером у огня обсуждали, с какой стороны будут брать Смоленск, а потом легли отдыхать после марша. Город уже стоял перед глазами; утром предстояло идти на него.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Перед наступлением под Старой Руссой Ставка потребовала продвигаться по четыре-пять километров в сутки вместо пятнадцати. Быстрый отход противника мог заманить ударную группу вперёд и открыть её фланги.
34-я армия начала наступать 12 августа 1941 года. К утру 14-го она прошла примерно сорок километров и достигла железной дороги Дно — Старая Русса.
В тот же день немцы развернули против неё дивизию с новгородского направления. Советский удар заставил их менять план. Теперь нужно было удержать пройденное; через несколько дней немецкий контрудар пришёлся во фланг наступавшим.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
14 августа 1914 года Николай Николаевич обещал полякам объединение земель под властью русского царя, свободу веры, языка и самоуправление.
Газеты заговорили об автономии. В Совете министров это вызвало тревогу: молчание власти могло выглядеть согласием с таким толкованием.
Публичное разъяснение подготовили, но выпускать побоялись — оно могло прозвучать как отказ от обещаний. Вместо этого объяснились с редакторами.
Им передали: восстановление королевства и автономия не соответствуют намерениям правительства. Сазонов предложил запретить слова, которых нет в воззвании.
На польском листе оставалось самоуправление. Газетам запрещали превращать это слово в обещание автономии.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
В ночь на 13 сентября 1914 года австро-венгерские войска ушли за Верещицу и разрушили мосты. Так этот эпизод под Львовом датировал в воспоминаниях Алексей Брусилов. Его русской 8-й армии предстояло восстанавливать переправы и догонять противника.
Помешать разрушению мостов солдаты не успели. Брусилов не ставил им этого в вину: за плечами были быстрый переход, несколько сражений и три последних дня тяжёлого боя. Войска истомились, потери были велики.
Командующий приказал восстанавливать мосты, а разведчиков и всю кавалерию отправить на другой берег немедленно. Как именно они пересекли реку, мемуары не объясняют. Зато Брусилов записал результат: преследующие захватили обозы, часть артиллерии и пленных. Особенно он отметил 10-ю кавалерийскую дивизию. Преследование продолжилось, хотя мосты были разрушены.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/ww1-09-13-avstriitsy-ushli-nochiu-prikaz-presledovat-russkie-armii-poluchili-tolko-na-sleduiushchii-den/
К вечеру 8 сентября 1914 года последние части русской армии прошли через мост у Алленбурга. Рота капитана Александра Успенского оставалась перед рекой. Две ночи капитан наблюдал, как деревянная переправа прогибается под тяжёлыми пушками.
Его люди заранее усилили мост опорами, балками и настилом, устроили отдельный подъезд для артиллерии. Подготовили и взрыв на случай собственного отхода. Успенский вспоминал, что успокоился лишь тогда, когда тяжёлые орудия уже оказались на другом берегу.
В сумерках 8 сентября переправилось сторожевое охранение. Капитан попросил проходившего подполковника поторопить присылку пулемётной команды и узнал: её выделение отменили, опасаясь потерять пулемёты. Команда так и не пришла. Ночью Успенский отправил вперёд прибывших разведчиков. Колонны ушли, а роте предстояло задерживать преследователей у подготовленной переправы.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/ww1-09-08-most-progibalsia-pod-tiazhelymi-pushkami/
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
К девяти вечера 7 сентября 1941 года 2-й и 3-й полки 1-й дивизии НКВД отходили к переправам у Шлиссельбурга. Двумя часами раньше, после сильной бомбардировки, атаковала немецкая пехота. Советское донесение оценивало её силы до одного полка.
Следующая отметка в журнале 48-й армии: к 23:00 остатки дивизии перешли на правый берег Невы. Не названы ни число переправившихся, ни лодки или суда, которыми они воспользовались. Сведения о переходе штаб получил из оперативной сводки и доклада начальника штаба дивизии.
События вечера записаны под 8 сентября. Сразу после известия о переправе стоит: «Связи с ней нет». Это состояние на момент составления записи, а не время обрыва связи. Штаб знал, что люди вышли за Неву, но связаться с дивизией уже не мог.
Читайте далее: https://historydays.ru/velikaya-otechestvennaya/ww2-09-07-k-odinnadtsati-vechera-oni-byli-za-nevoi/
7 сентября 1812 года Багратион был тяжело ранен и покинул Бородинское поле. Управление левым крылом принял Коновницын, пока к нему направлялся новый командующий, Дмитрий Дохтуров.
В этот период русские войска потеряли флеши, земляные укрепления перед Семёновским, и отошли к высотам у деревни. Там ставили батареи и собирали подкрепления. Бой продолжался, а вместе с обороной требовалось заново наладить подчинение частей.
Кутузов предписал Дохтурову командовать всем левым крылом, включая уже отправившегося туда принца Вюртембергского. Подлинник распоряжения написан карандашом. Даты на нём нет: издатели относят его ко дню Бородина. Дохтуров должен был держаться до особого повеления об отступлении. Решение об отходе Кутузов оставлял за собой.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/1812-09-07-prikaz-dokhturovu-napisali-karandashom/
6 сентября 1914 года австро-венгерская 4-я армия вступила в бой у Равы-Русской и Магирува. Её только что повернули от Комарова к Львову: Конрад рассчитывал ударить во фланг русским войскам, занявшим город.
За время этого манёвра противник тоже переместился. Армия Рузского шла от Львова на север и запад, её крайний правый фланг сближался с русской 5-й армией. Корпуса Ауффенберга встретили X и XI русские корпуса уже развёрнутыми навстречу. Вместо обхода пришлось атаковать с фронта.
На остальных участках армии Рузского в тот день, по разбору Коленковского, боёв ещё не было. 7 сентября сражение распространилось по всему её фронту. Теперь Рузскому самому приказали охватывать район Равы-Русской. Утомлённые войска Ауффенберга завершили поворот, но открытого фланга там уже не нашли.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/ww1-09-06-armiia-povernula-k-lvovu/
2 сентября 1914 года через Львов тянулись небольшие группы измученных солдат. Уланы шли пешком или ехали на лошадях, едва переставлявших ноги. Семнадцатилетний гимназист Зыгмунт Мария Руссоцкий записал в дневнике: тирольцы, боснийцы, уланы выглядели исхудавшими и голодными.
Жители давали им воду, еду и сигареты. В эти же дни другие горожане пытались уехать сами. Вокзал был переполнен, люди сидели на сундуках, с которыми не могли попасть в вагоны. За одноконный экипаж до станции просили тридцать крон, за пароконный — до пятидесяти.
Высшая администрация уже уехала, но магистрат остался и готовился управлять городом при новой власти. Пока одни искали место в поезде, другие кормили проходивших солдат. 2 сентября австро-венгерская армия оставила Львов.
Читайте далее: https://historydays.ru/pervaya-mirovaya/ww1-09-02-ulanam-davali-vodu/
6 сентября 1812 года Смоленскую икону пронесли вдоль русской позиции перед Бородинским сражением. Фёдор Глинка описал духовенство в ризах, дым кадил и людей, опускавшихся на колени. По его рассказу, шествие распорядился устроить Кутузов.
Икону привезли из оставленного Смоленска. Музейная публикация относит её вывоз к вечеру 17 августа и сообщает о передаче артиллерийской роте капитана Глухова. Вместе с войсками она дошла до Бородина.
Кутузов со штабом встретил икону и поклонился до земли. Это сцена из литературного воспоминания Глинки, а не описание реакции каждого полка. По другую сторону поля Гриуа рассматривал русские позиции. Позднее он видел огни обоих лагерей; шум постепенно стихал. Войска оставались друг против друга до утра большого сражения.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/1812-09-06-ikona-pered-stroem/
5 сентября 1812 года французы атаковали Шевардинский редут у Бородина. Участник боя Гардье записал, как молодой офицер развернул находившиеся внутри пушки. Историк Смирнов, публикуя этот рассказ, называет офицера Лассейном.
Русские пытались вернуть укрепление. Мюрат описывал наступление двух пехотных колонн и долгую перестрелку; по его донесению, бой продолжался до десяти вечера. Последнюю из своих атак 2-я кирасирская дивизия провела уже в темноте.
Кутузов сообщал, что решил загнуть левый фланг к укреплённым высотам, увидев наступление больших сил. Утром 6 сентября редут оставался у французов. Артиллерист Гриуа увидел разрушенный вал, опрокинутые орудия и убитых. С захваченной высоты французские командиры смотрели на русскую армию, занявшую изменённую позицию.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/1812-09-05-pushki-v-redute-razvernuli/
3 сентября 1812 года русская армия только заняла позицию у Бородина. Сражение ещё не началось, а Кутузов уже распорядился искать транспорт для будущих раненых.
Начальнику штаба 2-й армии Эммануилу Сен-При поручили собрать как можно больше подвод в отдельное депо. Повозкам требовались надзор, лошади и корм. Кутузов рассчитывал на овёс в поле, сено и траву. Сен-При должен был сообщить число имеющихся подвод, затем обновлять ведомость по мере поступления новых.
В тот же день Кутузов писал жене, что здоров, а армия «в полном духе». Рядом с частным письмом в сборнике документов сохранилось поручение готовить вывоз раненых. Его масштаб пока оставался открытым: сколько повозок удалось собрать к сражению, сам приказ не сообщает.
История день за днём: статьи, карты и подкасты — https://historydays.ru/
Четыре часа для уходящей армии
За 2 сентября 1812 года Павел Пущин оставил в дневнике одну строку: «Лагерь при Колоцком монастыре». Здесь Кутузов собирался принять бой.
Позади главной армии Коновницын получил другую задачу: задержать французов на четыре часа. Позицию он считал невыгодной и готовил следующий рубеж — туда можно было отойти, если собьют с первого. Соседнему отряду Сиверса требовалось двигаться с ним на одной линии.
Тем временем у монастыря решение изменилось. Кутузов признал позицию слишком большой для армии и сообщил, что оставляет её. Артиллерии назначили выход к Бородину в два часа ночи, колоннам — в пять утра.
Четыре часа сохранились в документах как требование к арьергарду. А стоянка, ради которой просили время, закончилась новым приказом об отходе.
Читайте далее: https://historydays.ru/1812/1812-09-02-chetyre-chasa-dlia-ukhodiashchei-armii/