Солнце меняет свой цвет, монахи Тибета об этом знали тысячу лет назад

А что будет с Россией? — тихо спросил я. Мой цинизм куда-то испарился. Я сидел на пластиковом ведре посреди глухой степи и чувствовал, что слушаю самую важную вещь в своей жизни. Баатр замолчал на минуту. Погладил собаку, которая подошла и положила морду ему на колени. — Россия — это наковальня, Алеша. Нас бьют молотом истории не просто так. Нас куют. Здесь, на этой земле, люди привыкли всё терять. Мы умеем выживать, когда нет ничего. И это станет нашим главным спасением. Когда в августе двадцать шестого года западный мир начнет сходить с ума от потери своих денег, комфорта и иллюзий, когда они будут прыгать из окон от ужаса, что их электронный рай исчез — наши люди просто пожмут плечами, вскопают огород и будут жить дальше. — То есть хорошего не ждать? — Как это не ждать. Ещё как ждать. Я же тебе сказал, что все гнезда повыжигают в один день. Правда запах гари ещё долго будет заходить в наши жилища. Но русский народ крепкий. Выдержит и эту напасть. — А в чём наша ошибка дед Баатр? Почему всегда всё так происходит? — Излишнее доверие и мелкое любопытство. Видел как боевые петухи дерутся. Так, что кажется будто они всю жизнь ненавидят друг друга. Я кивнул. — Да только эти петухи друг друга вообще первых раз видят. А сражаться их заставили те, кто их взрастил. Давал пишу и кров. — Намёк понял. Можете не продолжать. Старик повернулся ко мне, и его черные глаза словно прошили меня насквозь. — Высшие силы сейчас готовят территорию. Россия пройдет через самую сильную боль до этого времени, чтобы скинуть с себя всю гниль. Всю жадность, всё предательство. Те, кто думал только о наживе — побегут или сгинут. Земля их просто выплюнет. Останутся те, кто умеет дышать степью. Кто умеет делиться хлебом. Россия станет ковчегом. Не потому, что мы святые. А потому, что мы разучились бояться пустоты. — Что мы должны делать сейчас? — спросил я. У меня пересохло в горле. Джомба в пиале давно остыла. — Как подготовиться? Покупать землю? Запасать продукты? Баатр засмеялся. Сухим, скрипучим смехом. — Городские… Все бы вам запасать. Душу запасай, Алексей. Учись не врать себе. Учись прощать. В 2026 году выживут не те, у кого бункер глубже или тушенки больше. Выживут те, у кого психика гибкая. Те, кто не сойдет с ума, когда небо на три дня поменяет цвет, а старые законы перестанут работать. Держитесь за свои семьи. Вспоминайте свои корни. Говорите с мертвыми предками — они сейчас стоят за вашей спиной и держат оборону. Он вдруг протянул свою жесткую, мозолистую руку и коснулся моей груди, там, где сердце. — Ты приехал за сказкой, Алеша. А нашел зеркало. Возвращайся домой. Уволься с работы, где ты каждый день врешь людям, что всё хорошо и стабильно. Времени — до августа. Дальше пощады не будет ни для кого. Обратно я ехал в полном молчании. Навигатор так и не включился, но я каким-то чудом выехал на нужную трассу. Я остановил машину на обочине. Вокруг шумела ночная калмыцкая степь, над головой висели огромные, близкие звезды. Я достал свой блокнот с записями. Полистал страницы, где торопливым почерком были выведены слова про «наковальню», «август 2026-го» и «смену неба». А потом я порвал блокнот на мелкие куски и пустил их по ветру. Будь что будет, а с работы я уволился. Мне надоело врать людям!https://dzen.ru/a/ajp3Dkdx53XyD3Rn