"Государственность Украины свели к газовой трубе"
Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов в прямом эфире видеоканала Pravda.Ru поделился своим мнением о причинах «газовых войн» между Россией и Украиной. Константин Симонов: «На мой взгляд, главным элементом сдерживания все-таки является десятилетний контракт, который был заключен в 2009 году. Вот это -- важный момент. Почему у нас возник конфликт в январе 2009 года, и вообще, прежние конфликты? Они всегда, напомню, возникали под новый год, и даже у многих журналистов такой рефлекс выработался, что как новый год -- значит, газовая война, или, если газовая война, значит, новый год. Объясняется это просто: все контракты были годовые, 31 декабря они заканчивались, и процедура заключения нового контракта всегда вызывала кучу эмоций, Украина не хотела это делать, и в 2009 году это все происходило наиболее драматично, и в итоге привело к тому, что Украина начала воровать газ, и нам пришлось отключить Украину от газа. А нельзя отключить Украину, не отключив и восток Европы, соответственно, произошли вот те известные события когда восток Европы тоже оказался без российского газа. Поэтому, все-таки, главный элемент сейчас сдерживания -- это, еще раз повторю, десятилетний контракт, по крайней мере, он предполагает некие юридические рамки. И Украина все-таки даже при Януковиче накапливала долг, скрипела, кряхтела, но все-таки старалась выполнять контракт, говорила, что он незаконен, но не было такого, что Янукович сказал: «Все! Контракт я считаю недействительным! Нет у нас никакого контракта! Давайте, перекрываем транзит» и так далее. Все-таки контракт сдерживал Украину от совсем уж нецивилизованного поведения. Цена в 268,5 долларов, которая была определена в четвертом квартале 2013 года — конечно, мы понимаем, что здесь был некий элемент политики. И на самом деле позиция России ведь, с точки зрения цены, она всегда была простой. Газпром ведь на самом деле предлагал цену Украине даже ниже, чем 268,5 долларов. Эту историю мы уже стремительно забываем. Но она была. Я сам прекрасно помню, как на одной из конференций Алексей Миллер говорил про то, что мы готовы предоставить Украине внутрироссийскую цену на газ, ну а с учетом даже доставки мы можем говорить о том, что эта цена еще ниже бы была, чем 268,5 долларов. Скорее, ближе к 200 долларам. Но там был один нюанс. Миллер прямо говорил: если вы согласитесь передать транспортную систему под контроль Газпрома. Вот в этом был весь корень бед и проблем, потому что если бы Украина не придумала вот эту историю, что труба является национальным достоянием и сутью украинской государственности, все было бы по-другому"
Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов в прямом эфире видеоканала Pravda.Ru поделился своим мнением о причинах «газовых войн» между Россией и Украиной. Константин Симонов: «На мой взгляд, главным элементом сдерживания все-таки является десятилетний контракт, который был заключен в 2009 году. Вот это -- важный момент. Почему у нас возник конфликт в январе 2009 года, и вообще, прежние конфликты? Они всегда, напомню, возникали под новый год, и даже у многих журналистов такой рефлекс выработался, что как новый год -- значит, газовая война, или, если газовая война, значит, новый год. Объясняется это просто: все контракты были годовые, 31 декабря они заканчивались, и процедура заключения нового контракта всегда вызывала кучу эмоций, Украина не хотела это делать, и в 2009 году это все происходило наиболее драматично, и в итоге привело к тому, что Украина начала воровать газ, и нам пришлось отключить Украину от газа. А нельзя отключить Украину, не отключив и восток Европы, соответственно, произошли вот те известные события когда восток Европы тоже оказался без российского газа. Поэтому, все-таки, главный элемент сейчас сдерживания -- это, еще раз повторю, десятилетний контракт, по крайней мере, он предполагает некие юридические рамки. И Украина все-таки даже при Януковиче накапливала долг, скрипела, кряхтела, но все-таки старалась выполнять контракт, говорила, что он незаконен, но не было такого, что Янукович сказал: «Все! Контракт я считаю недействительным! Нет у нас никакого контракта! Давайте, перекрываем транзит» и так далее. Все-таки контракт сдерживал Украину от совсем уж нецивилизованного поведения. Цена в 268,5 долларов, которая была определена в четвертом квартале 2013 года — конечно, мы понимаем, что здесь был некий элемент политики. И на самом деле позиция России ведь, с точки зрения цены, она всегда была простой. Газпром ведь на самом деле предлагал цену Украине даже ниже, чем 268,5 долларов. Эту историю мы уже стремительно забываем. Но она была. Я сам прекрасно помню, как на одной из конференций Алексей Миллер говорил про то, что мы готовы предоставить Украине внутрироссийскую цену на газ, ну а с учетом даже доставки мы можем говорить о том, что эта цена еще ниже бы была, чем 268,5 долларов. Скорее, ближе к 200 долларам. Но там был один нюанс. Миллер прямо говорил: если вы согласитесь передать транспортную систему под контроль Газпрома. Вот в этом был весь корень бед и проблем, потому что если бы Украина не придумала вот эту историю, что труба является национальным достоянием и сутью украинской государственности, все было бы по-другому"