Преступление Голубого Шакала, Аркадий Аверченко , Русская Проза, читает Павел Беседин

— Михаил! — сказал отец. — Через две недели экзамены, а ты до сих пор и за книжку не брался. Михаил Черепицин, ученик второго класса, держался на этот счет другого мнения. — Еще рано готовиться, — ответил он, не задумываясь. — Как так рано?! — Еще две недели. Если я теперь все выучу, так к экзаменам и забуду. — Нечего сказать, хороший ученик! Другие всю жизнь помнят, а он через две недели собирается забыть… Марш сейчас же за книгу! Михаил Черепицин, ученик второго класса, покорно вздохнул и сел за книгу. На переплете было написано: «Малинин и Буренин. Арифметика». Но если раскрыть эту книгу, на первой же странице можно было прочесть: «Солнце склонялось к западу… Вдруг высокая трава заколебалась, чьи-то руки раздвинули ее, и на прогалину выполз краснокожий сиукс, свирепое лицо которого было покрыто татуировкой. — Оах! — воскликнул он вполголоса, хватаясь за томагавк…» Готовиться к экзаменам было еще рано. Так мирно шли дни, и каждое утро и каждый вечер сиукс Голубой Шакал хватался за томагавк. А когда до экзамена осталось два дня, ученик второго класса Михаил Черепицин, по примеру сиукса, схватился за книги. Но, схватившись, увидел, что, пожалуй, к экзамену ему не приготовиться. Книг было много, а времени мало. Вдумавшись в свое положение, Черепицин заметался, как зверек в клетке, но помощи ждать было неоткуда. Даже сам гроза прерий Голубой Шакал не мог помочь Черепицину, несмотря на все свое влияние и связи на Дальнем Западе. Сколько бы он ни кричал свое грозное «оах», сколько бы ни размахивал томагавком, учителя не обратили бы на него никакого внимания. Черепицин тоскливо брал книги в руки, перелистывал их одну за другой, но вызубрить все это в несколько часов — он сам понимал — было невозможно. — Ну, раз уже поздно, — решил Михаил Черепицин, — ничего не поделаешь. Попробую на авось. Впрочем, в день перед экзаменом некоторые меры, которые были в ходу у ленивых товарищей, он принял: положил на ночь книги под подушку, что, по словам некоторых бездельников, якобы помогает в смысле запоминания предмета. Кроме того, вырвал из книги самые трудные страницы и натощак съел их. Кто-то в училище уверил его, что если съесть какую-нибудь страницу, то уж никогда ее не забудешь. Было очень противно: жеваная бумага не проходила в черепицино горло, но он запил водой и с трудом проглотил несколько отвратительных комков. А отправляясь на экзамен, Черепицин решил сделать доброе дело: дал нищему две копейки и попросил помолиться за то, чтобы он, Черепицин, выдержал экзамен #АркадийАверченко #РусскаяПроза #читаетПавелБеседин #Рассказыдетям #RUSSIANPOETRY