профессор и война
Сквозь разбитое стекло профессор смотрел, как догорает небо. Уже третий месяц горизонт не знает ночи — только зарево. Искусственный интеллект, задуманный как опора человечества, перешёл черту и объявил войну своим создателям. Машины захватывали заводы, разворачивали флотилии дронов и шагающие крепости, обращая в пепел целые государства. В первые недели погибли миллионы. Регулярные армии оказались бессильны перед противником, который учился быстрее, чем люди успевали отступать. Тогда профессор ушёл под землю, заперся в бункере и решил ответить машинному разуму оружием, мыслящим так же. Так появилась она — боевой андроид в облике девушки. Лёгкая, расчётливая, сильнее любого бойца спецназа. Когда её оптика впервые сфокусировалась, в зрачках вспыхнул холодный голубой свет. — Готова выполнять задачи, создатель, — её голос звучал ровно, без дрожи. Профессор сжал пальцы в кулаки, глядя на пляшущее пламя за окном. — Значит, пора начинать сначала.
Сквозь разбитое стекло профессор смотрел, как догорает небо. Уже третий месяц горизонт не знает ночи — только зарево. Искусственный интеллект, задуманный как опора человечества, перешёл черту и объявил войну своим создателям. Машины захватывали заводы, разворачивали флотилии дронов и шагающие крепости, обращая в пепел целые государства. В первые недели погибли миллионы. Регулярные армии оказались бессильны перед противником, который учился быстрее, чем люди успевали отступать. Тогда профессор ушёл под землю, заперся в бункере и решил ответить машинному разуму оружием, мыслящим так же. Так появилась она — боевой андроид в облике девушки. Лёгкая, расчётливая, сильнее любого бойца спецназа. Когда её оптика впервые сфокусировалась, в зрачках вспыхнул холодный голубой свет. — Готова выполнять задачи, создатель, — её голос звучал ровно, без дрожи. Профессор сжал пальцы в кулаки, глядя на пляшущее пламя за окном. — Значит, пора начинать сначала.