Шекспир "Сонет 149" читает Татьяна Тумилевич
Годы царствования королевы Елизаветы I (вторая половина XVI столетия) были золотым веком английской поэзии. Много выдающихся имен прославили его, но самым славным среди всех является, конечно, имя Уильяма Шекспира. Для всего мира Шекспир прежде всего автор «Гамлета», «Ромео и Джульетты», «Отелло» и других знаменитых пьес — трагедий и комедий, непревзойденный драматург, чьи пьесы переведены почти на все языки мира и более четырех веков не сходят с театральных подмостков. Но его произведения, предназначавшиеся не для сцены, а для чтения — поэмы и сонеты, — известны куда меньше. Сонеты Шекспира, которые современники называли «сладостными и медоточивыми», после его смерти два века пробыли в опале и пренебрежении, и лишь романтики привлекли к ним внимание публики. Уильям Вордсворт писал, что «этим ключом Шекспир открыл нам свое сердце». Вокруг этого тезиса и развернулся двухсотлетний спор, который продолжается до сих пор. Здесь они нашли богатую пищу для своих конспирологических теорий и фантастических построений. Справедливы, по-видимому, слова авторитетного критика Эдмунда Чамберса, сказанные еще в 1930 году: «О шекспировских сонетах было написано больше глупостей, чем о любом другом произведении Шекспира». И все-таки тайна сонетов продолжает занимать умы исследователей.
Годы царствования королевы Елизаветы I (вторая половина XVI столетия) были золотым веком английской поэзии. Много выдающихся имен прославили его, но самым славным среди всех является, конечно, имя Уильяма Шекспира. Для всего мира Шекспир прежде всего автор «Гамлета», «Ромео и Джульетты», «Отелло» и других знаменитых пьес — трагедий и комедий, непревзойденный драматург, чьи пьесы переведены почти на все языки мира и более четырех веков не сходят с театральных подмостков. Но его произведения, предназначавшиеся не для сцены, а для чтения — поэмы и сонеты, — известны куда меньше. Сонеты Шекспира, которые современники называли «сладостными и медоточивыми», после его смерти два века пробыли в опале и пренебрежении, и лишь романтики привлекли к ним внимание публики. Уильям Вордсворт писал, что «этим ключом Шекспир открыл нам свое сердце». Вокруг этого тезиса и развернулся двухсотлетний спор, который продолжается до сих пор. Здесь они нашли богатую пищу для своих конспирологических теорий и фантастических построений. Справедливы, по-видимому, слова авторитетного критика Эдмунда Чамберса, сказанные еще в 1930 году: «О шекспировских сонетах было написано больше глупостей, чем о любом другом произведении Шекспира». И все-таки тайна сонетов продолжает занимать умы исследователей.