2"БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ."(МФ 5:3)А.И.Осипов
Толкование Заповедей Блаженства: 2 "БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ."(МФ 5:3)А.И.Осипов Алексей Ильич Осипов профессор духовной академии Алексе́й Ильи́ч О́сипов (род. 31 марта 1938, Белёв, Тульская область, СССР) — русский православный богослов, педагог и публицист, доктор богословия. Заслуженный профессор Московской духовной академии, апологет, проповедник, православный катехизатор[1]. "БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ." О второй заповеди блаженства Заповеди блаженства можно сравнить с башней. У башни должно быть крепкое основание — фундамент, без которого она просто не выстоит. И чем глубже и основательнее башня укреплена, тем неприступнее она для врагов. Каждый следующий ярус башни имеет свою определенную функцию и назначение. Основанием, фундаментом всего является заповедь о духовной нищете (читайте об этом СП № 30 от 30 июля 2014 г.) А следующим ярусом, стоящим прямо на фундаменте является заповедь о плаче. Вторая заповедь блаженства обращена к плачущим:Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Эти слова звучат еще необычнее, чем слова о блаженстве нищих духом из первой заповеди. Сам собой возникает вопрос: разве слезы делают человека счастливым? Конечно, люди могут плакать и от радости. Но практически всегда и для всех, слезы — это скорбь, а плач — очень тягостное состояние печали, невыносимой грусти. К тому же слезы и плач воспринимаются зачастую как что-то отрицательное, даже как проявление слабости и бездействия. Наверное, всем знакомы крылатые выражения: «сильные не плачут» и «слезами горю не поможешь». Но почему-то Христос объявляет блаженными именно плачущих. Может быть, христианин должен как можно больше плакать, чтобы стать блаженным? Или в этой заповеди говорится только о тех, кто плачет от радости? Чтобы понять смысл второй заповеди блаженства, нужно еще раз вернуться к первой заповеди. Нищета, о которой говорил Господь Иисус Христос, не означала фактической нищеты. Нищий духом может уповать лишь на милосердие Божие, на бескорыстный дар Бога. Поэтому и плачущий - не тот, кого довели до слез трудности, обиды или огорчения. Святой апостол Павел писал к христианам древнего Коринфа: Я радуюсь не потому, что вы опечалились, но что вы опечалились к покаянию; ибо опечалились ради Бога... Ибо печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть. Ибо то самое, что вы опечалились ради Бога, смотрите, какое произвело в вас усердие... (2 Кор. 7, 9-11). Печаль и плач ради Бога, слезы покаяния — вот что делает верующего блаженным, счастливым. И утешением для плачущих слезами покаяния будет прощение. Но разве для того, чтобы Господь простил грехи, обязательно проливать слезы в прямом смысле этого слова? И да, и нет. Слезы не являются самоцелью. Если мы раскаиваемся, и слезы сожаления о грехах сопровождают нашу покаянную молитву к Богу — это хорошо. Но слезы не должны превращаться и в безудержные рыдания, становиться слезами отчаяния и безысходности. Известный духовный писательсвятитель Николай Сербский (1880-1956) писал: «Евангельские слезы — это те, что текут из сокрушенного и покаянного сердца. Евангельские слезы — это те слезы, что горюют о потерянном Рае. Евангельские слезы — это те слезы, что смешиваются со слезами детей и страдальцев. Евангельские слезы — это те слезы, что смывают вред, который нанесли мы небесной Любви». Поэтому можно сказать, что слезы покаяния становятся не выражением слабости или скорби, а, напротив, слезами настоящей радости. Потому что эти слезы очищают душу человека, словно бы омывая ее от греховной нечистоты. Вспомните, как радостен бывает дождь, вдруг разразившийся после долгой засухи. Вот такую же радость и утешение (как бы странно нам это ни казалось) приносят и слезы души, возвратившейся к Богу. Вот тот плач, за который обещано утешение. Но как, например, отличить действительно покаянный плач от саможаления или своеобразной сентиментальности? Интересно, что вопрос этот задан уже давно. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал, что плач о грехах следует понимать, как чувство особого сокрушения о греховном падении, как смирение перед Богом, как осознание собственного недостоинства и немощи. Проявлением этого внутреннего духовного плача могут быть и внешние слезы. Саможаление же часто связано с самооправданием и с малодушием — боязнью признать себя грешным и исповедать свой грех. А это уже никак не может считаться добродетелью. Искренний покаянный плач очень тих, возможно, даже не заметен для окружающих. Саможаление, самооправдание —эмоционально, а порой и вовсе может казаться наигранным, специально нагнетаемым. Но Бог смотрит не на нашу артистичность, а на искренность.
Толкование Заповедей Блаженства: 2 "БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ."(МФ 5:3)А.И.Осипов Алексей Ильич Осипов профессор духовной академии Алексе́й Ильи́ч О́сипов (род. 31 марта 1938, Белёв, Тульская область, СССР) — русский православный богослов, педагог и публицист, доктор богословия. Заслуженный профессор Московской духовной академии, апологет, проповедник, православный катехизатор[1]. "БЛАЖЕННЫ ПЛАЧУЩИЕ, ИБО ОНИ УТЕШАТСЯ." О второй заповеди блаженства Заповеди блаженства можно сравнить с башней. У башни должно быть крепкое основание — фундамент, без которого она просто не выстоит. И чем глубже и основательнее башня укреплена, тем неприступнее она для врагов. Каждый следующий ярус башни имеет свою определенную функцию и назначение. Основанием, фундаментом всего является заповедь о духовной нищете (читайте об этом СП № 30 от 30 июля 2014 г.) А следующим ярусом, стоящим прямо на фундаменте является заповедь о плаче. Вторая заповедь блаженства обращена к плачущим:Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Эти слова звучат еще необычнее, чем слова о блаженстве нищих духом из первой заповеди. Сам собой возникает вопрос: разве слезы делают человека счастливым? Конечно, люди могут плакать и от радости. Но практически всегда и для всех, слезы — это скорбь, а плач — очень тягостное состояние печали, невыносимой грусти. К тому же слезы и плач воспринимаются зачастую как что-то отрицательное, даже как проявление слабости и бездействия. Наверное, всем знакомы крылатые выражения: «сильные не плачут» и «слезами горю не поможешь». Но почему-то Христос объявляет блаженными именно плачущих. Может быть, христианин должен как можно больше плакать, чтобы стать блаженным? Или в этой заповеди говорится только о тех, кто плачет от радости? Чтобы понять смысл второй заповеди блаженства, нужно еще раз вернуться к первой заповеди. Нищета, о которой говорил Господь Иисус Христос, не означала фактической нищеты. Нищий духом может уповать лишь на милосердие Божие, на бескорыстный дар Бога. Поэтому и плачущий - не тот, кого довели до слез трудности, обиды или огорчения. Святой апостол Павел писал к христианам древнего Коринфа: Я радуюсь не потому, что вы опечалились, но что вы опечалились к покаянию; ибо опечалились ради Бога... Ибо печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению, а печаль мирская производит смерть. Ибо то самое, что вы опечалились ради Бога, смотрите, какое произвело в вас усердие... (2 Кор. 7, 9-11). Печаль и плач ради Бога, слезы покаяния — вот что делает верующего блаженным, счастливым. И утешением для плачущих слезами покаяния будет прощение. Но разве для того, чтобы Господь простил грехи, обязательно проливать слезы в прямом смысле этого слова? И да, и нет. Слезы не являются самоцелью. Если мы раскаиваемся, и слезы сожаления о грехах сопровождают нашу покаянную молитву к Богу — это хорошо. Но слезы не должны превращаться и в безудержные рыдания, становиться слезами отчаяния и безысходности. Известный духовный писательсвятитель Николай Сербский (1880-1956) писал: «Евангельские слезы — это те, что текут из сокрушенного и покаянного сердца. Евангельские слезы — это те слезы, что горюют о потерянном Рае. Евангельские слезы — это те слезы, что смешиваются со слезами детей и страдальцев. Евангельские слезы — это те слезы, что смывают вред, который нанесли мы небесной Любви». Поэтому можно сказать, что слезы покаяния становятся не выражением слабости или скорби, а, напротив, слезами настоящей радости. Потому что эти слезы очищают душу человека, словно бы омывая ее от греховной нечистоты. Вспомните, как радостен бывает дождь, вдруг разразившийся после долгой засухи. Вот такую же радость и утешение (как бы странно нам это ни казалось) приносят и слезы души, возвратившейся к Богу. Вот тот плач, за который обещано утешение. Но как, например, отличить действительно покаянный плач от саможаления или своеобразной сентиментальности? Интересно, что вопрос этот задан уже давно. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал, что плач о грехах следует понимать, как чувство особого сокрушения о греховном падении, как смирение перед Богом, как осознание собственного недостоинства и немощи. Проявлением этого внутреннего духовного плача могут быть и внешние слезы. Саможаление же часто связано с самооправданием и с малодушием — боязнью признать себя грешным и исповедать свой грех. А это уже никак не может считаться добродетелью. Искренний покаянный плач очень тих, возможно, даже не заметен для окружающих. Саможаление, самооправдание —эмоционально, а порой и вовсе может казаться наигранным, специально нагнетаемым. Но Бог смотрит не на нашу артистичность, а на искренность.