ПОЧЕМУ НЕ ПРОШЕЛ АЛЕКСАНДР МОРОЗОВ ДЕТЕКТОР ЛЖИ
На «Музыкальном ринге» перед залом держит ответ один из самых плодовитых, успешных и коммерчески востребованных композиторов советской и российской эстрады — заслуженный деятель искусств РФ Александр Морозов. Автор сотен суперхитов («Малиновый звон», «В горнице моей светло», «Зорька алая», «Папа, подари мне куклу») столкнулся на ринге с жесткой и бескомпромиссной критикой. Зрители решили устроить маэстро проверку на прочность, обвинив его в создании однотипных, слащавых шлягеров и превращении композиторского искусства в бездушный коммерческий конвейер. Текст вопроса из зала: «Александр, ваши песни поют абсолютно все звезды — от Пьехи и Кобзона до Киркорова и современных поп-исполнителей. Они звучат из каждого утюга, у них простые, запоминающиеся мотивы. Но скажите откровенно: вам как профессиональному композитору не кажется, что вы штампуете эти мелодии по одному и тому же проверенному шаблону? Это же чистая коммерция, рассчитанная на невзыскательный вкус обывателя, чтобы гарантированно получить авторские отчисления и продать побольше пластинок. Где в ваших песнях высокое искусство, и не обидно ли вам, что серьезные музыкальные критики считают ваше творчество тривиальной попсой?» Текст ответа Александра Морозова: «Вы знаете, писать простые и доходчивые мелодии, которые поет вся страна десятилетиями — это и есть высшее и самое сложное искусство. Я категорически не согласен со словом "конвейер". Каждую песню я пропускаю через свою душу, я ищу ту самую интонацию, которая зацепит человека, заставит его плакать или радоваться. Мои песни — народные по своей сути, они уходят в народ, и люди часто даже не знают, кто автор. Разве можно запрограммировать искренность? Никакой калькулятор и никакой коммерческий расчет не помогут вам написать хит уровня "Малинового звона", если в этом нет божьего дара и любви к людям. Я абсолютно честен в своем творчестве, и деньги для меня здесь никогда не были главным стимулом». РАЗБОР ПОЛЕТОВ: Манипуляция через «народное признание»: Морозов виртуозно подменяет понятия, выдавая математически выверенную структуру поп-шлягера за «стихийное народное творчество». Детектор фиксирует: это профессиональное лукавство. Александр Сергеевич — блестящий знаток эстрадной конъюнктуры. Он прекрасно знает, какие аккордовые последовательности и текстовые маркеры гарантированно вызывают сентиментальную реакцию у массового слушателя. Называть эту точную профессиональную работу исключительно «полетом души» — значит маскировать ремесло. Ловушка «деньги — не главный стимул»: Категорическое заявление, что финансовая выгода и тиражи не волнуют автора при создании материала. Детектор отмечает: это использование традиционного защитного мифа советских союзов композиторов. Морозов — один из самых финансово успешных авторов, который в 80-е и 90-е годы жил на колоссальные авторские отчисления от филармоний и радиостанций. Он открывал собственные продюсерские центры и четко отслеживал рынок. Полиграф фиксирует сильное напряжение: артисту тяжело признать, что его творчество — это высокодоходный бизнес. Защита через «божий дар»: Апелляция к высшим материям и таланту как к щиту от упреков в тривиальности. Детектор видит здесь психологическую компенсацию. Любому автору с академической базой внутренне досадно слышать от критиков обвинения в упрощении жанра и «штамповке», поэтому Морозов так эмоционально доказывает залу священность своей эстрадной миссии. МИНУТКА ЮМОРА: Александр Морозов пытается убедить нас, что песня «Малиновый звон» приснилась ему в виде божественного откровения, а не была написана потому, что сочетание ностальгического текста и мажорного лада — это стопроцентный рецепт для аншлага на любом концерте. Его слова о том, что калькулятор не поможет написать хит, звучат забавно: можно подумать, что когда ведущие артисты выстраиваются к нему в очередь за новыми песнями, он раздает их исключительно по велению сердца, а не согласно строгому продюсерскому прайсу. По сути, он говорит: «Я пишу так просто, чтобы вам, необразованным, было понятно, а вы меня еще и в коммерции обвиняете». Зал благоговейно слушает знакомые мотивы, а детектор понимает: маэстро создал идеальную формулу музыкального фастфуда высшей категории — это вкусно, это покупают миллионы, а сам повар уверяет, что готовит исключительно по рецептам ангелов. ВЕРДИКТ: ЛОЖЬ (мелодичная, сентиментальная и очень расчетливая) Александр Морозов не прошел детектор. Его попытка доказать, что его многолетняя и невероятно успешная деятельность по наполнению эстрадного рынка хитами полностью лишена прагматизма, законов формата и коммерческого расчета — это классическая защита топового поп-композитора. Он — безусловный мастер мелодии, чьи песни стали частью эпохи, но его отрицание того, что его творчество — это великолепно отлаженная индустрия, ориентированная на массовый спрос, является очевидным лукавством перед искушенной публикой. Если вы хотите лично увидеть, как Александр Морозов защищал свои шлягеры от нападок критиков, посмотрите видео
На «Музыкальном ринге» перед залом держит ответ один из самых плодовитых, успешных и коммерчески востребованных композиторов советской и российской эстрады — заслуженный деятель искусств РФ Александр Морозов. Автор сотен суперхитов («Малиновый звон», «В горнице моей светло», «Зорька алая», «Папа, подари мне куклу») столкнулся на ринге с жесткой и бескомпромиссной критикой. Зрители решили устроить маэстро проверку на прочность, обвинив его в создании однотипных, слащавых шлягеров и превращении композиторского искусства в бездушный коммерческий конвейер. Текст вопроса из зала: «Александр, ваши песни поют абсолютно все звезды — от Пьехи и Кобзона до Киркорова и современных поп-исполнителей. Они звучат из каждого утюга, у них простые, запоминающиеся мотивы. Но скажите откровенно: вам как профессиональному композитору не кажется, что вы штампуете эти мелодии по одному и тому же проверенному шаблону? Это же чистая коммерция, рассчитанная на невзыскательный вкус обывателя, чтобы гарантированно получить авторские отчисления и продать побольше пластинок. Где в ваших песнях высокое искусство, и не обидно ли вам, что серьезные музыкальные критики считают ваше творчество тривиальной попсой?» Текст ответа Александра Морозова: «Вы знаете, писать простые и доходчивые мелодии, которые поет вся страна десятилетиями — это и есть высшее и самое сложное искусство. Я категорически не согласен со словом "конвейер". Каждую песню я пропускаю через свою душу, я ищу ту самую интонацию, которая зацепит человека, заставит его плакать или радоваться. Мои песни — народные по своей сути, они уходят в народ, и люди часто даже не знают, кто автор. Разве можно запрограммировать искренность? Никакой калькулятор и никакой коммерческий расчет не помогут вам написать хит уровня "Малинового звона", если в этом нет божьего дара и любви к людям. Я абсолютно честен в своем творчестве, и деньги для меня здесь никогда не были главным стимулом». РАЗБОР ПОЛЕТОВ: Манипуляция через «народное признание»: Морозов виртуозно подменяет понятия, выдавая математически выверенную структуру поп-шлягера за «стихийное народное творчество». Детектор фиксирует: это профессиональное лукавство. Александр Сергеевич — блестящий знаток эстрадной конъюнктуры. Он прекрасно знает, какие аккордовые последовательности и текстовые маркеры гарантированно вызывают сентиментальную реакцию у массового слушателя. Называть эту точную профессиональную работу исключительно «полетом души» — значит маскировать ремесло. Ловушка «деньги — не главный стимул»: Категорическое заявление, что финансовая выгода и тиражи не волнуют автора при создании материала. Детектор отмечает: это использование традиционного защитного мифа советских союзов композиторов. Морозов — один из самых финансово успешных авторов, который в 80-е и 90-е годы жил на колоссальные авторские отчисления от филармоний и радиостанций. Он открывал собственные продюсерские центры и четко отслеживал рынок. Полиграф фиксирует сильное напряжение: артисту тяжело признать, что его творчество — это высокодоходный бизнес. Защита через «божий дар»: Апелляция к высшим материям и таланту как к щиту от упреков в тривиальности. Детектор видит здесь психологическую компенсацию. Любому автору с академической базой внутренне досадно слышать от критиков обвинения в упрощении жанра и «штамповке», поэтому Морозов так эмоционально доказывает залу священность своей эстрадной миссии. МИНУТКА ЮМОРА: Александр Морозов пытается убедить нас, что песня «Малиновый звон» приснилась ему в виде божественного откровения, а не была написана потому, что сочетание ностальгического текста и мажорного лада — это стопроцентный рецепт для аншлага на любом концерте. Его слова о том, что калькулятор не поможет написать хит, звучат забавно: можно подумать, что когда ведущие артисты выстраиваются к нему в очередь за новыми песнями, он раздает их исключительно по велению сердца, а не согласно строгому продюсерскому прайсу. По сути, он говорит: «Я пишу так просто, чтобы вам, необразованным, было понятно, а вы меня еще и в коммерции обвиняете». Зал благоговейно слушает знакомые мотивы, а детектор понимает: маэстро создал идеальную формулу музыкального фастфуда высшей категории — это вкусно, это покупают миллионы, а сам повар уверяет, что готовит исключительно по рецептам ангелов. ВЕРДИКТ: ЛОЖЬ (мелодичная, сентиментальная и очень расчетливая) Александр Морозов не прошел детектор. Его попытка доказать, что его многолетняя и невероятно успешная деятельность по наполнению эстрадного рынка хитами полностью лишена прагматизма, законов формата и коммерческого расчета — это классическая защита топового поп-композитора. Он — безусловный мастер мелодии, чьи песни стали частью эпохи, но его отрицание того, что его творчество — это великолепно отлаженная индустрия, ориентированная на массовый спрос, является очевидным лукавством перед искушенной публикой. Если вы хотите лично увидеть, как Александр Морозов защищал свои шлягеры от нападок критиков, посмотрите видео