Публика Выбирает Сама — тень (текст к песне)
В первый раз я встретил его в середине осени. Не до конца уверен, что это был он, но от чего-то так кажется. Я засиделся на работе и опоздал на автобусе, топал назад через промзону, отстраненный, думая о чем-то. Минут пять я селился понять, вглядывался в силуэт, идет ли он мне навстречу или по направлению от меня. Зазевавшись на что-то внутри своей головы, я как-то проморгал момент, когда он исчез. Во второй раз это произошло спустя неделю. Я обычно сажусь в первый вагон метро, не пересаживаться на другую ветку. Архангельский писатель Валерий Шпякин, читающий свои рассказы под олдскульный лоу-файный бит, в которых повествует «о добре и чести, об обоссаных туалетах баров, совести, любви, о том, кто есть человек, о том, как стать человеком, а человекам стать народом». Валерий даже уволился с работы, чтобы серьезно заниматься своим проектом и вкладывать в него все свои силы. Поскольку все треки Публики – это своего рода аудиокниги, идущие от 2 до 10 минут, то и относиться к этому нужно не как к обычной музыке. Здесь вас не будет качать биток – тут он нужен исключительно для ритма. Некоторые рассказы идут по 10-20 минут. Поначалу это непривычно, но уловив суть истории можно так увлечься, что возникнет чувство, будто слушаешь настоящее произведение. Самое главное в ПВС – это истории. Сюжеты, которые писатель описывает в каждой работе очень трогательные и цепляющие, и уже к концу очередного рассказа удивленно замечаешь, что за это, казалось бы, короткое для полноценной книги время начинаешь сопереживать и привязываться к героям. Например, в треке “ломбард” повествующем о расставании молодого человека со своей девушкой и решившем сдать ее подарок – механические часы, которые она подарила ему на рождество – в ломбард, и параллельно этому рассуждающем о любви, отношениях и одиночестве. В треке “человек и фотокарточки”, рассказывается о сложной истории несчастной любви молодого фотографа, у которого есть всего лишь одно фото своей возлюбленной. Или же целая серия рассказов, посвященная одному единственному персонажу – Чарльзу Буковски – пьянице и разгильдяю, от лица которого и идет повествование ____ Ходят по тем же улицам, спускаются в то же метро и смотрят на нас из зеркала. Это рассказ о встрече с самим собой. С тенью, которая вдруг обрела плоть и кровь. Впервые я заметил его в середине осени. Тогда всё показалось игрой воображения — я просто задержался на работе, пропустил автобус и шёл через промзону в полном одиночестве. Вдалеке виднелся неясный силуэт. Я пытался понять, движется ли он ко мне или от меня, но на секунду отвлёкшись, просто… потерял его из виду. Это можно было бы списать на усталость, если бы не то, что случилось позже. Второй раз всё произошло через неделю. Поздний вечер, почти пустая станция метро. Я, как обычно, сел в первый вагон — и заметил его. Та же фигура, та же куртка, то же нервное переминание с ноги на ногу. Я рванул за ним, успел запрыгнуть в вагон, но на следующей станции каким-то непостижимым образом снова его потерял. Это казалось бредом. Я убеждал себя, что психика просто сыграла злую шутку. Но спустя месяц я встретил его вновь — на эскалаторе. Мы смотрели друг на друга несколько секунд. В его глазах было лёгкое недоумение и раздражение. В моих — шок и страх. Передо мной стоял человек, который выглядел в точности как я. Мой двойник. Мой брат-близнец. Или кто-то ещё? С этого момента началась одержимость. Я стал возвращаться к тому подъезду, куда он заходил со своей семьёй. Наблюдал издалека. Замечал детали — уверенность в походке, собранность, спокойствие. Внутри росло чувство, что я должен с ним поговорить. Но первым шаг сделал он. Он подошёл спокойно, без агрессии. Спросил, зачем я слежу. Мы поговорили. И тогда он сказал слова, которые перевернули всё: “Мы не одинаковы. Между нами нет ничего общего. Я выдавил в тебя всё худшее, сгрузил его на тебя. Ты — просто моя тень. И больше ничто.” После этого он ушёл. А я остался стоять в холоде, выкуривая сигарету за сигаретой, пытаясь понять, что это было.
В первый раз я встретил его в середине осени. Не до конца уверен, что это был он, но от чего-то так кажется. Я засиделся на работе и опоздал на автобусе, топал назад через промзону, отстраненный, думая о чем-то. Минут пять я селился понять, вглядывался в силуэт, идет ли он мне навстречу или по направлению от меня. Зазевавшись на что-то внутри своей головы, я как-то проморгал момент, когда он исчез. Во второй раз это произошло спустя неделю. Я обычно сажусь в первый вагон метро, не пересаживаться на другую ветку. Архангельский писатель Валерий Шпякин, читающий свои рассказы под олдскульный лоу-файный бит, в которых повествует «о добре и чести, об обоссаных туалетах баров, совести, любви, о том, кто есть человек, о том, как стать человеком, а человекам стать народом». Валерий даже уволился с работы, чтобы серьезно заниматься своим проектом и вкладывать в него все свои силы. Поскольку все треки Публики – это своего рода аудиокниги, идущие от 2 до 10 минут, то и относиться к этому нужно не как к обычной музыке. Здесь вас не будет качать биток – тут он нужен исключительно для ритма. Некоторые рассказы идут по 10-20 минут. Поначалу это непривычно, но уловив суть истории можно так увлечься, что возникнет чувство, будто слушаешь настоящее произведение. Самое главное в ПВС – это истории. Сюжеты, которые писатель описывает в каждой работе очень трогательные и цепляющие, и уже к концу очередного рассказа удивленно замечаешь, что за это, казалось бы, короткое для полноценной книги время начинаешь сопереживать и привязываться к героям. Например, в треке “ломбард” повествующем о расставании молодого человека со своей девушкой и решившем сдать ее подарок – механические часы, которые она подарила ему на рождество – в ломбард, и параллельно этому рассуждающем о любви, отношениях и одиночестве. В треке “человек и фотокарточки”, рассказывается о сложной истории несчастной любви молодого фотографа, у которого есть всего лишь одно фото своей возлюбленной. Или же целая серия рассказов, посвященная одному единственному персонажу – Чарльзу Буковски – пьянице и разгильдяю, от лица которого и идет повествование ____ Ходят по тем же улицам, спускаются в то же метро и смотрят на нас из зеркала. Это рассказ о встрече с самим собой. С тенью, которая вдруг обрела плоть и кровь. Впервые я заметил его в середине осени. Тогда всё показалось игрой воображения — я просто задержался на работе, пропустил автобус и шёл через промзону в полном одиночестве. Вдалеке виднелся неясный силуэт. Я пытался понять, движется ли он ко мне или от меня, но на секунду отвлёкшись, просто… потерял его из виду. Это можно было бы списать на усталость, если бы не то, что случилось позже. Второй раз всё произошло через неделю. Поздний вечер, почти пустая станция метро. Я, как обычно, сел в первый вагон — и заметил его. Та же фигура, та же куртка, то же нервное переминание с ноги на ногу. Я рванул за ним, успел запрыгнуть в вагон, но на следующей станции каким-то непостижимым образом снова его потерял. Это казалось бредом. Я убеждал себя, что психика просто сыграла злую шутку. Но спустя месяц я встретил его вновь — на эскалаторе. Мы смотрели друг на друга несколько секунд. В его глазах было лёгкое недоумение и раздражение. В моих — шок и страх. Передо мной стоял человек, который выглядел в точности как я. Мой двойник. Мой брат-близнец. Или кто-то ещё? С этого момента началась одержимость. Я стал возвращаться к тому подъезду, куда он заходил со своей семьёй. Наблюдал издалека. Замечал детали — уверенность в походке, собранность, спокойствие. Внутри росло чувство, что я должен с ним поговорить. Но первым шаг сделал он. Он подошёл спокойно, без агрессии. Спросил, зачем я слежу. Мы поговорили. И тогда он сказал слова, которые перевернули всё: “Мы не одинаковы. Между нами нет ничего общего. Я выдавил в тебя всё худшее, сгрузил его на тебя. Ты — просто моя тень. И больше ничто.” После этого он ушёл. А я остался стоять в холоде, выкуривая сигарету за сигаретой, пытаясь понять, что это было.