"Знамя Победы".
30 апреля 1945 года военнослужащими Красной Армии Алексеем Берестом, Михаилом Егоровым и Мелитоном Кантария на крышу Рейхстага был водружён штурмовой флаг 150-й ордена Кутузова II степени Идрицкой стрелковой дивизии, известный всем нам под названием "Знамя Победы". «Мы воткнули древко в пробоину железного коня и начали спускаться вниз. Навстречу бежит боец: — Знамя видно только с одной стороны, — кричит он, — потом, снизу получается, что держит его в руках верховой, что на железном коне сидит. Меня послали переставить его. — Нет, шутишь, — говорим мы ему, — за советы спасибо, а уж знамя сами поправим. Мы снова поднялись на крышу. Под ногами скрипит битое стекло. Повсюду осколки снарядов валяются. Куда же знамя поставить, чтобы на весь Берлин было видно? На купол. Но купол весь разбит. Как подняться на него? Стёкла вылетели, остались одни рёбра. Решили по этим рёбрам подниматься. Посмотрели вниз через купол — пропасть глубокая, жутко. Но времени терять нечего. То и дело на крыше снаряды рвутся. Кантария впереди, а я сзади него, карабкаемся вместе по рёбрам купола. Поднялись на самый верх, выше некуда. Привязали покрепче знамя чехлом и спустились вниз», - из воспоминаний Героя СССР сержанта Михаила Егорова.
30 апреля 1945 года военнослужащими Красной Армии Алексеем Берестом, Михаилом Егоровым и Мелитоном Кантария на крышу Рейхстага был водружён штурмовой флаг 150-й ордена Кутузова II степени Идрицкой стрелковой дивизии, известный всем нам под названием "Знамя Победы". «Мы воткнули древко в пробоину железного коня и начали спускаться вниз. Навстречу бежит боец: — Знамя видно только с одной стороны, — кричит он, — потом, снизу получается, что держит его в руках верховой, что на железном коне сидит. Меня послали переставить его. — Нет, шутишь, — говорим мы ему, — за советы спасибо, а уж знамя сами поправим. Мы снова поднялись на крышу. Под ногами скрипит битое стекло. Повсюду осколки снарядов валяются. Куда же знамя поставить, чтобы на весь Берлин было видно? На купол. Но купол весь разбит. Как подняться на него? Стёкла вылетели, остались одни рёбра. Решили по этим рёбрам подниматься. Посмотрели вниз через купол — пропасть глубокая, жутко. Но времени терять нечего. То и дело на крыше снаряды рвутся. Кантария впереди, а я сзади него, карабкаемся вместе по рёбрам купола. Поднялись на самый верх, выше некуда. Привязали покрепче знамя чехлом и спустились вниз», - из воспоминаний Героя СССР сержанта Михаила Егорова.