Отлично, что тебя сократили! Завтра утром к моим родителям, окна мыть, туалеты драить! Радовалс

Отлично, что тебя сократили! Завтра утром к моим родителям — окна мыть, туалеты драить! Радовался муж… пока не услышал мой ответ Сцена 1. «Хорошая новость», от которой стало холодно — Отлично! — с неожиданной радостью сказал он, даже не дослушав. Я стояла в дверях кухни, все еще сжимая в руке телефон. Слова начальника звенели в голове: «Сокращение… вы понимаете… оптимизация…» Я понимала. Просто не ожидала, что первым человеком, кто «обрадуется» этому, станет мой муж. — Ты вообще слышал, что я сказала? — тихо спросила я. — Конечно, слышал, — он махнул рукой, не отрываясь от тарелки. — Теперь у тебя появится куча свободного времени. Свободного времени. Интересная формулировка для человека, которого только что лишили работы. — И что дальше? — я села напротив, чувствуя, как внутри поднимается что-то тяжелое. — Как что? — он улыбнулся, как будто говорил о чем-то приятном. — Завтра утром поедешь к моим родителям. Я замерла. — Зачем? Он отложил вилку и, наконец, посмотрел на меня — с тем самым выражением, которое я уже начинала ненавидеть. Уверенным. Хозяинским. — Поможешь им. Окна помоешь, там грязно после зимы. В туалете порядок наведешь. Мама давно жалуется. Я смотрела на него и не верила. — Ты серьезно? — Ну а что такого? — он пожал плечами. — Ты же теперь не работаешь. Эти слова ударили сильнее, чем увольнение. — Я не «не работаю». Меня сократили. Это временно. — Конечно, конечно, — он кивнул, но в голосе уже слышалось раздражение. — Но пока ты дома, нужно быть полезной. Полезной. Я вдруг вспомнила, как еще год назад он говорил совсем другое. «Ты у меня умница, карьеристка. Я горжусь тобой». Куда это делось? — А ты? — спросила я. — В смысле? — Ты тоже будешь помогать своим родителям? Он рассмеялся. — У меня работа есть. Я деньги зарабатываю. Вот оно. Настоящее лицо. Я встала из-за стола. — Я не поеду. Он перестал улыбаться. — Что значит не поедешь? — То и значит. Я не домработница. В кухне повисла тишина. — Это мои родители, — холодно сказал он. — Ты обязана им помогать. — Обязана? — я медленно повернулась к нему. — С какого момента? Он поднялся. — С того момента, как стала моей женой. И вот тогда внутри что-то щелкнуло. Сцена 2. Маски падают Ночь была тяжелой. Он демонстративно лег спать, отвернувшись к стене, а я сидела на кухне и смотрела в темное окно. Сколько раз я закрывала глаза на такие «мелочи»? Сколько раз думала: «Ну ладно, он устал», «Ну ничего, переживу»? Но сегодня было иначе. Сегодня он радовался тому, что я потеряла работу. Не потому что переживал. А потому что теперь я «освободилась»… для обслуживания его семьи. Утром он снова начал: — Ты собралась? — Куда? — спокойно спросила я, наливая чай. — Не притворяйся. К моим родителям. Я посмотрела на него. — Я же сказала — я не поеду. Он сжал челюсть. — Значит, так? — Да. Он резко встал. — Ты вообще понимаешь, что ведешь себя как эгоистка? — А ты понимаешь, что ведешь себя как человек, которому нужна не жена, а бесплатная уборщица? Он замолчал на секунду. Потом усмехнулся. — Вот как тебя работа испортила. Возомнила о себе невесть что. — Нет, — спокойно ответила я. — Это ты показал, кем считаешь меня на самом деле. Он подошел ближе. — Послушай. Пока ты живешь в этом доме, ты будешь делать то, что я говорю. — В этом доме? — я подняла бровь. — Ты уверен, что он «твой»? Он замер. — В смысле? — В прямом. Я встала и подошла к шкафу. Достала папку. Медленно положила на стол. — Открой. Он нахмурился, но открыл. Лицо его начало меняться. — Это что? — Документы на квартиру. Он пролистал страницы. — И? — И она оформлена на меня. Тишина. — Как это на тебя? — его голос стал другим. — Очень просто. Я купила ее до брака. На свои деньги. Он побледнел. — Но… мы же… — Мы живем в моей квартире, — спокойно сказала я. — И ты сейчас мне рассказываешь, что я «должна»? Он резко захлопнул папку. — Ты что, сейчас хочешь этим манипулировать? — Нет. Я просто напоминаю факты. Он начал ходить по кухне. — Это неважно. Мы семья. — Семья? — я горько улыбнулась. — Семья — это когда поддерживают. А не радуются, что тебя уволили. Он остановился. — Я не радовался. — Правда? — я посмотрела ему прямо в глаза. — Тогда повтори свои слова. Он отвел взгляд. Сцена 3. Правда, которую он не ожидал — Ладно, — сказал он после паузы. — Может, я сказал не так. Но ты все равно должна помогать. — Почему? — Потому что это нормально! — Нет, — я покачала головой. — Нормально — это когда просят, а не приказывают. Он вспылил: — Да что с тобой стало?! Раньше ты такой не была! — Раньше я просто молчала. Эти слова повисли в воздухе. — Я устала, — продолжила я тихо. — Устала делать вид, что все нормально. Устала быть удобной. Он посмотрел на меня внимательно, как будто видел впервые. — И что ты хочешь сказать? — Я хочу сказать, что больше не буду жить так. Он усмехнулся. — И что, уйдешь? — Нет. Он удивился. — Тогда что? Я глубоко вдохнула. — Уйдешь ты. Тишина стала густой. — Что? — Ты слышал. Он рассмеялся. — Ты серьезно думаешь, что я уйду? — Да. — С чего бы это? — С того, что я больше не хочу